Когда я впервые оказалась на Октябрьской набережной, меня сразу потянуло вверх, туда, где начинается улица Осипенко. Признаюсь, я не сразу поняла, почему это место вызывает такое странное, тревожное чувство. Лишь позже, сопоставив факты, осознала: улица, названная в честь легендарной летчицы Полины Осипенко 5 мая 1939 года, словно впитала трагизм судеб своих прежних «крёстных». До этого она успела побывать улицей Рыкова и улицей Ежова — двух персонажей, чей конец был страшен и предопределен. Сама же Осипенко разбилась в авиакатастрофе всего через шесть дней после переименования — 11 мая того же года. Невольно задумаешься о мистике: может, и правда «место проклято»?
Ощущение ирреальности усиливается, когда посреди тротуара натыкаешься на одиноко стоящие ворота. Они выглядят как портал в иное измерение, и, по сути, так оно и есть. Эти врата — все, что осталось от Никольского монастыря, основанного за тогдашней городской чертой в 1863 году и безжалостно уничтоженного в советское время. Самое удивительное, что на снимке запечатлен не выход, а именно вход в обитель. Там, где сейчас шумит проезжая часть, когда-то возвышался величественный Никольский собор с невероятно интересной архитектурой. Пара уцелевших корпусов монастыря до сих пор прячется за современными домами, словно не желая окончательно расставаться с прошлым.
Улица Осипенко довольно коротка, но, пожалуй, это единственное место за пределами исторической Старой Самары, которое хочется пройти пешком от начала до конца, не упуская ни одной детали. Стоит подняться чуть выше бывшего монастыря, и взгляд упирается в многоэтажки, фасады которых украшены яркими мозаиками. Эти артефакты советского монументального искусства придают району особый колорит и напоминают о том, что Куйбышев был городом с большими амбициями.
На пересечении с проспектом Ленина пространство расширяется, образуя пологий каскад площади 21-й Армии. В центре композиции — трогательный памятник Детям-труженикам тыла, установленный в 1996 году. Когда я ступила на эту площадь, меня мгновенно накрыло чувство дежа-вю. Дело в том, что годом ранее я уже оказывалась здесь при весьма специфических обстоятельствах. Возвращаясь домой с Мангышлака, я провела в Самаре хмурое послепраздничное утро. Выйдя из гостиницы на Молодогвардейской, я тогда задала прохожим на автобусной остановке, наверное, самый странный для этих мест вопрос: «Как доехать до метро?».
Маршрутка везла меня из центра минут двадцать или даже тридцать, и конечной точкой оказалась именно эта локация. Под площадью с 2015 года работает станция «Алабинская» — самая молодая и самая близкая к центру во всей системе Самарского метрополитена. Эта ветка уходит куда-то в сторону Безымянки, но до исторического ядра города ей пока далеко. Чтобы метро наконец пришло в центр, требуется построить еще три, а то и пять станций. Когда это произойдет, не знает, наверное, никто, кроме Господа Бога, да и тот, боюсь, информацией не владеет.
Сам проспект Ленина полностью оправдывает звание главной артерии города: он поражает своей шириной и плотностью трафика. При этом он непропорционально короток. Стоя на одном его конце, я без труда могла разглядеть сквозь потоки машин противоположный. Вся эта часть Новой Самары — настоящий заповедник необычной позднесоветской архитектуры. В местных зданиях угадываются отсылки то к конструктивизму, то к микрорайонам Западной Европы. Большинство домов на куйбышевских окраинах — типовые и крупносерийные, однако сами серии представляют собой «эксклюзивный тираж». Они не встречаются больше нигде за пределами Самары, а иногда и за границами конкретных районов.
Вдоль проспекта тянутся характерные длинные многоэтажки с угловыми лоджиями и мощными арками подворотен. Но доминирует над всем районом здание, которое типовым не назовешь при всем желании. Речь о Доме-Рашпиле, построенном в 1988 году по проекту московского архитектора Александра Белоконя. В народе его прозвали «Кукурузой» или «Тёркой», и, на мой взгляд, это одно из самых впечатляющих сооружений эпохи заката СССР. Его зубчатый силуэт буквально врезается в небо, вызывая смешанные чувства восхищения и легкого беспокойства.
Дом напротив «Рашпиля», расположенный через улицу Осипенко, на первый взгляд кажется вполне типовым. Однако он поражает своей чудовищной протяженностью — целых 700 метров, из которых 430 приходятся на главный фасад. В его двадцати подъездах жил цвет куйбышевского ракетостроения. Огромный стенд на уровне земли торжественно сообщает, что здесь обитали и продолжают обитать многие патриархи отрасли. Впрочем, мой местный знакомый, усмехнувшись, развеял романтический флер: внутри подъезды самые обычные, обшарпанные, а стены исписаны отнюдь не формулами топлива и чертежами ракет. Бытовуха, увы, берет свое, и гении инженерии, выходя утром за газетой, видят ту же реальность, что и все мы.
Поднимаясь выше, я заметила, как из-за жилых массивов вновь проглядывает религия. Взору открывается величественный комплекс Самарской духовной семинарии с храмом Кирилла и Марии Радонежских, построенным еще в 1908-1910 годах. Это крупнейшее учебное заведение подобного профиля во всем Поволжье, и его присутствие здесь создает удивительный контраст с советским наследием района. Словно два мира — духовный и индустриальный — ведут здесь бесконечный безмолвный диалог.
Завершается прогулка на площади Памяти. Здесь, в конце улицы, установлен монумент воинам-интернационалистам, погибшим в Афганистане. Признаюсь, я ожидала увидеть нечто более масштабное, соразмерное миллионному городу. Однако памятник выглядит неожиданно скромно, камерно, и в этой сдержанности читается особый, глубоко личный трагизм. В этом месте невольно замедляешь шаг, чтобы почтить молчанием тех, кто не вернулся с чужой войны. Размышляя об этом, я вдруг поймала себя на мысли, что прогулка по улице Осипенко — это не просто перемещение в пространстве, а путешествие по самым разным, порой трагическим, пластам самарской истории.
Возможно, кому-то покажется странным, что я так подробно описываю обычную городскую улицу. Но, на мой взгляд, именно в таких маршрутах и кроется душа города. Самара — это не только шикарная набережная и бункер Сталина. Это еще и бесконечные наслоения эпох, где монастырские ворота соседствуют с «Рашпилем», а память о великих летчицах и ракетостроителях уживается с тихой скорбью о погибших солдатах. И если вы захотите узнать, как получить кредит с плохой кредитной историей, чтобы переехать в такой пропитанный историей район, вам придется изучить современные финансовые реалии, которые так контрастируют с этой архитектурной вечностью.
1. Обсудить статью
